День учителя: как изменились дети, родители и работа педагога — опыт двух разных поколений
- 13:36 5 октября
- София Емелина
5 октября в России отмечают День учителя. К празднику мы поговорили с двумя педагогами из Владимира, которых разделяют несколько десятилетий профессионального опыта. Листова Екатерина Алексеевна четвертый год преподаёт в начальных классах школы № 28. Емелина Клавдия Степановна 35 лет проработала учителем русского языка и литературы и уже 30 лет находится на пенсии. Мы спросили их как менялись дети и их родители и что помогало оставаться в профессии.
Первые годы молодого учителя
— Екатерина Алексеевна, здравствуйте! Вы работаете в школе уже четвёртый год. Как решили связать жизнь с преподаванием?
— В старших классах я много времени проводила с маленькими детьми, примерно с учениками четвёртых и пятых классов. Мне было интересно наблюдать, как они растут. Я участвовала в мероприятиях, мы организовывали праздники для детей, и тогда я подумала, что могу попробовать себя в роли учителя. С самого начала ориентировалась именно на младшие классы.
Был вариант стать учителем истории, но потом я поняла, что для меня это будет слишком большой нагрузкой. С малышами мне комфортнее. До сих пор, когда захожу в старшие классы, немного теряюсь: там уже совсем другая система общения. А если начинаешь говорить с подростками так же, как с младшими, неловко становится всем. Поэтому я всё-таки выбрала начальную школу.
— Был ли в вашей жизни учитель, глядя на которого вы думали: «Хочу быть такой же»?
— Такого учителя не было, но у меня был очень хороший наставник — Лариса Владимировна Романова, сейчас она директор нашей школы. У неё я проходила преддипломную практику. Из всех педагогов, с которыми встретилась за время обучения, именно на неё мне хотелось равняться. Многие приёмы, которыми я сейчас пользуюсь в работе с детьми, взяла у неё.
Вообще педагогика в нашей семье присутствовала давно. Прабабушка хотела стать учителем, но из-за войны не смогла продолжить учёбу. Мама работала воспитателем и тоже хотела преподавать. Бабушка до сих пор работает в детском саду, правда, уже заведует хозяйством. Получается, наша семья так или иначе всегда была связана с детьми и образованием.
— Здорово, выходит несколько поколений посвятили себя деткам! А помните первые дни, когда только начали работать? Было страшно?
— Конечно. Наверное, лучше всего об этом могли бы рассказать мои дети — они тогда только пришли в первый класс, и нам всем нужно было привыкнуть друг к другу. Первые две недели были сложными: мне нужно было успокоиться, понять, как с ними работать, а им — привыкнуть ко мне. А потом словно что-то переключилось, и стало намного легче.
Первое родительское собрание я провела ещё до получения диплома, буквально за день до выпускного экзамена в колледже. Родителей, конечно, удивил такой молодой учитель, разговоров было много. С детьми контакт тоже появился не сразу. Очень помогли опытные педагоги: мы постоянно спрашивали у них, как лучше поступить, что можно изменить, какой способ попробовать. Примерно через месяц появилась уже своя система, и сейчас с родителями у нас хорошие отношения.
— Чему вас научили дети? Может быть, вы открыли в себе какие-то новые качества?
— Раньше я считала себя очень мягким человеком. А когда мы начали взрослеть вместе с классом, оказалось, что я вполне умею серьёзно выстраивать дисциплину. Сначала думала, что буду ходить за ними и только просить: «Детки, успокойтесь, пожалуйста». Но со временем мы выстроили правила, и теперь иногда хватает одного взгляда, чтобы все поняли: пора успокоиться.
Ещё за эти четыре года я неожиданно поняла, что уже не такая молодая, как мне казалось. Дети говорят на своём языке: каждый день появляются новые слова, видео, игры. Иногда слушаю их и думаю, что моя мама, наверное, когда-то так же смотрела на меня и не понимала, что происходит.
А ещё дети научили меня не пытаться всё делать самой. Они помогают на мероприятиях, на них можно положиться. Раньше мне казалось, что проще самой всё организовать, а теперь понимаю: можно попросить о помощи — и тебя поддержат.
— Часто говорят, что современные дети стали сложнее и с дисциплиной сейчас тяжелее.
— Дети бывают разные. Мне действительно очень повезло с моим классом, я их очень люблю.
— Это чудесно, я очень рада, что и у вас и у ребят взаимная любовь. Расскажите, Были ли ситуации, когда дети шалили, а вам было скорее смешно, чем сердито?
— Вам просто нужно было бы увидеть одну нашу перемену. Возле моего стола одновременно могут происходить «драки», ползания, строительство какого-нибудь дома, кто-то кого-то куда-то тащит, кто-то громко кричит. На уроках они спокойные, а на переменах выплёскивают всю энергию.
Обычно я вмешиваюсь, если становится слишком громко или игра начинает превращаться в настоящий конфликт. Пока они просто возятся и никому не мешают, стараюсь не делать из этого проблему. Иногда у них появляются совершенно неожиданные игры: то строят что-то из подручных вещей, то изображают спасателей и тренируются оказывать друг другу «первую помощь». На перемене кабинет живёт отдельной жизнью.
В коридоре они почти не бегают: там много младших детей, которые ещё не всегда понимают, как быстро они несутся и что происходит вокруг. Поэтому мы договорились, что лучше оставаться в кабинете и не создавать лишней суеты. На уроке у нас одни правила, на перемене — другие, но граница между игрой и настоящей ссорой должна быть понятна всем.
— Бывали моменты, когда хотелось всё бросить? Как справляетесь со стрессом?
— Если я устаю или долгое время меня что-то беспокоит, мы с детьми это обсуждаем. Они должны понимать, почему я в какой-то день могу говорить иначе или быть менее весёлой. Резкая перемена настроения взрослого для ребёнка тоже непонятна, поэтому я стараюсь объяснять.
Если честно, в школу я во многом хожу именно из-за них. Бывает, утром не хочется идти на работу, но сразу думаю: «А как там мои ребята?» Даже на каникулах размышляю, что можно придумать для них, как сделать учёбу интереснее. У меня есть целый альбом с их фотографиями. Когда накапливается усталость, мне помогает именно ощущение, что в классе меня ждут конкретные дети, с которыми за эти годы уже сложились отношения.
Нагрузка большая, работы много. Иногда думаю, что с другим классом мне было бы гораздо сложнее. Их поддержка, эмоции, отношение ко мне действительно дают силы продолжать. Поэтому, когда говорю, что дети — моя сила, это не красивая фраза. Для меня это так и есть.
— Очень трогательно, я даже вспомнила свои школьные года и захотела попасть к вам в класс. А как вы относитесь к тому, что современные дети много времени проводят в телефонах? Запрещаете или стараетесь регулировать?
— В классе у нас простое правило: на переменах телефоны не используются. Они лежат в портфелях. Со второго класса мы ввели это уже официально, и так живём третий год. На переменах дети играют, разговаривают, общаются друг с другом.
Конечно, иногда кто-то пытается нарушить правило, но в целом оно работает. Что происходит дома, мы контролировать не можем. Мне важно, чтобы хотя бы в школе они умели общаться с одноклассниками не только через игры и телефоны.
При этом я не считаю телефон исключительно чем-то плохим. Многие дети используют его не только для игр: снимают видео, монтируют, сохраняют какие-то моменты, придумывают собственный контент. Для них это часть повседневной жизни, и полностью отгородить ребёнка от технологий всё равно невозможно. Поэтому мне ближе не полный запрет, а понятное правило: в школе есть время, когда телефон лучше убрать и поговорить с человеком, который сидит рядом.
— Есть ли у вас хобби, которые не связаны со школой?
— В первую очередь рисование, хотя оно всё равно часто пересекается с работой: делаю плакаты, мультфильмы, мы с детьми снимаем видео, а потом я их монтирую.
Долгое время главным хобби были танцы. Сейчас они тоже частично стали работой — я веду в школе бесплатный кружок ритмики для детей с первого по четвёртый класс. Из нового недавно попробовала ковровую вышивку. А ещё купила себе пианино.
— И последний вопрос: что бы вы сказали себе в первый год работы, если бы могли отправить сообщение в прошлое?
— Сказала бы: не нужно так много переживать и тратить нервы, всё всё равно сложится. Тогда мне было очень тяжело. Я боялась, что не смогу дать детям достаточно знаний, не сумею что-то объяснить или чему-то научить. Сейчас, спустя четыре года, вижу, что всё получилось. Столько переживать точно не стоило.
Клавдия Степановна: школа несколько десятилетий назад
— Клавдия Степановна, очень рада нашей встрече, поздравляю вас с наступающим праздником! Скажите, сколько вам было лет, когда вы впервые переступили порог школы уже как учитель? Помните тот день?
— Здравствуйте, спасибо. Конечно, помню, это одно из ярких воспоминаний. Мне был 21 год, я только окончила педагогический институт, и мне сразу предложили место в школе №2 в поселке Ставрово. Так что в школе я работала примерно с 1959 года. Сейчас её, к сожалению, уже нет.
Перед началом учебного года готовилась, волновалась. Кажется, в первый год у меня ещё не было классного руководства. Я преподавала русский язык и литературу в пятых-девятых классах. Десятые и одиннадцатые тогда учились в другой школе.
— Почему вы выбрали профессию учителя?
— Я была самой младшей в семье, поэтому у меня было больше возможностей учиться. Тогда профессия педагога считалась очень престижной. Мама гордилась тем, какой путь я выбрала.
— Какими были дети в ваши молодые годы? Отличаются ли они от современных школьников?
— Мне трудно сравнивать. Я уже 30 лет на пенсии, нынешних детей знаю в основном по правнукам. В мои годы школьники в целом были старательными, прилежными, хотя, конечно, без хулиганов тоже не обходилось.
Школьная жизнь была очень насыщенной. Помню, когда уже стала классным руководителем, нас отправили в Волгоград. Мы ходили по музеям, много ездили. Добирались на теплоходе — для ребят сама дорога уже была событием. На обратном пути сделали стоянку, и дети долго уговаривали нас с сопровождающим учителем разрешить им искупаться. В итоге мы согласились, и они накупались вдоволь. Сейчас, когда вспоминаю тот класс, в памяти остаются не только уроки и оценки, а именно такие эпизоды.
—Вот это да! Жаль, что меня тогда еще не было — я бы с радостью присоединилась к такой поездке! Скучаете по чему-то из той школы? По коллегам, ученикам, традициям?
— Конечно. Со временем школу вспоминаешь особенно тепло. Со многими коллегами мы до сих пор поддерживаем связь. Им тоже уже много лет, все на пенсии, иногда приходят ко мне на чай.
И ученики не забывают. Бывает, навещают. На день рождения как-то пришли почти всем классом, принесли торт. Все уже взрослые, у многих свои дети и внуки, а всё равно находят время зайти. Для учителя, наверное, это один из самых понятных ответов на вопрос, осталась ли от твоей работы память у тех, кого ты когда-то учил.
— Это так замечательно, что память живет. Был момент, когда хотелось всё бросить? Что помогло остаться?
— Самое сложное было в начале. Когда ты совсем молодая, только после института приходишь к детям среднего звена, нужно ещё заработать авторитет. Тогда меня очень поддерживали старшие коллеги и руководство.
Сейчас, насколько я знаю, молодым учителям тоже непросто. Их часто критикуют, родители стали другими. Мне кажется, сегодня они сильнее переживают из-за отметок, чем из-за самих знаний ребёнка. Поэтому считаю, что быть педагогом в современном мире очень тяжело.
Что изменилось за полвека
Если сравнить опыт Екатерины Алексеевны и Клавдии Степановны, становится видно: школа сильно изменилась внешне, но некоторые особенности профессии остались прежними.
- Начало работы. Для обеих первые годы были самыми трудными. Молодому учителю нужно одновременно привыкнуть к классу, выстроить правила и заслужить доверие. И тогда, и сейчас особенно важна поддержка опытных коллег.
- Дети. Клавдия Степановна вспоминает своих учеников старательными и прилежными, хотя хулиганы были и раньше. Екатерина Алексеевна говорит о современных детях как об активных, эмоциональных и очень разных. При этом обе не делят поколения на «хорошие» и «плохие».
- Дисциплина. За десятилетия изменились формы общения, но задача осталась той же — установить понятные границы. Екатерина Алексеевна признаётся, что сама научилась быть строже. Клавдия Степановна вспоминает, что молодому педагогу тоже приходилось постепенно нарабатывать авторитет.
- Родители. Екатерине Алексеевне потребовалось время, чтобы родители привыкли к молодому учителю. Клавдия Степановна считает, что сегодня родители чаще сосредоточены на отметках, чем на знаниях ребёнка. По её мнению, это делает работу педагога сложнее.
- Телефоны. Это одно из самых заметных отличий современной школы. В молодости Клавдии Степановны такой проблемы просто не существовало. В классе Екатерины Алексеевны действует правило: на переменах телефоны остаются в портфелях, чтобы дети больше общались друг с другом.
- Нагрузка. Екатерина Алексеевна прямо говорит, что работы очень много. Клавдия Степановна тоже считает современную профессию учителя тяжёлой — прежде всего из-за новых требований и изменившихся отношений с родителями.
- Поддержка коллег. Здесь опыт двух поколений совпадает. Обе учительницы вспоминают, что в начале именно старшие коллеги помогали советами и давали почувствовать, что молодой педагог не остаётся один со своими трудностями.
- Отношение к ученикам. Несмотря на разницу в возрасте и эпохах, именно дети остаются главным смыслом работы. Екатерина Алексеевна говорит, что ученики дают ей силы продолжать. Клавдию Степановну бывшие ученики навещают даже спустя десятилетия.
Спасибо вам, учителя
Мы благодарим Екатерину Алексеевну и Клавдию Степановну за разговор.
В День учителя хочется поздравить и тех, кто только входит в класс как педагог, и тех, для кого школа уже стала большой частью жизни. Желаем сил, здоровья, терпения и учеников, которых спустя годы будет приятно вспоминать!